09.10.2020
Alive - My Soundtrack включает в себя интерпретации Дэвида Гэрретта замечательной кино-, теле- и игровой музыки. Он вовлекает нас в путешествие по захватывающему миру Голливуда, при этом не забывая о своих классических корнях. Новый альбом содержит в себе 16 треков на стандартном CD и 24 трека на двойном CD делюкс-версии. В скором времени в своих соц.сетях Дэвид раскроет полный список композиций
Вверх страницы

Вниз страницы

DAVID GARRETT RUSSIAN FORUM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DAVID GARRETT RUSSIAN FORUM » Пресса » 16.04.2011 Я раздавил свою скрипку за миллион


16.04.2011 Я раздавил свою скрипку за миллион

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Thanks to Maya

http://uploads.ru/t/s/M/l/sMl7y.jpg

Случай: я разбил свою скрипку стоимостью миллион евро.

ВНИМАНИЕ! КОПИРОВАНИЕ И ПЕРЕПОСТ ПЕРЕВОДОВ НА ДРУГИЕ РЕСУРСЫ ТОЛЬКО С СОГЛАСИЯ АДМИНИСТРАЦИИ ФОРУМА!

nk «Когда я открывал футляр я уже знал, что скрипка не могла уцелеть, но увиденные повреждения были ужасны»

Я начал играть на скрипке, когда мне было четыре года. У меня начало хорошо получаться просто слушая игру старшего брата и родители поняли, что у меня талант. Обучаясь у очень хороших учителей я начал играть на концертах в семь лет и как солист – в девять. У меня появился первый менеджер в десять и в одиннадцать я подписал контракт с Deutsche Grammophon и стал их самым молодым артистом.

Вскоре после окончания колледжа я купил свой первый собственный инструмент. Я годы играл на выданном в пользование Страдивари, но люди часто подходили ко мне со словами: «У меня есть замечательный инструмент, не хочешь попробовать?». Однажды мне предложили скрипку 1772 года авторства Джованни Гваданини, ученика Страдивари, выставленную на продажу. Я сразу понял, что эта лучше той, на которой я играю и спросил «Сколько?».

Стоимость   Гваданини  (вот это я  не поняла- 1.2m: the better part)  1 млн. фунтов. Я взял кредит и оплачивал его   на протяжении многих лет – я играл на концертах и сборы с каждого,   шли прямиком на оплату скрипки. Вскоре  это стало продолжением меня. Для  ожидаемого поддержания уровня производительности  я стал меньше спать и больше проводить время, играя на скрипке. Я должен был узнать о ее положительных и отрицательных характеристиках, и как с ней работать. Это было похоже на начало отношений.

Последний платеж я сделал в декабре 2007 года. Я почувствовал что, наконец-то, действительно стал скрипачом-Гваданини была моя. Последний заказ этого сезона был в Барбакане в Лондоне, а через две недели я играл концерт Мендельсона с Лондонским филармоническим оркестром. Это был триумфальный конец года. Мой брат, сестра и родители были на аудиенции, а потом мы планировали поужинать вместе в городе, перед  отлетом в Германию на семейное Рождество. Я был нужен только в первой половине расписания и в перерыве я положил скрипку в футляр который я носил на спине  и выбежал из зала, чтобы встретить их на автостоянке.

Это был темный  день и дорога, ведущая к автостоянке, была намного влажнее, чем я подумал. Благодаря плоской подошве моей концертной обуви я потерял равновесие, и  в классической форме упал на спину, проехавшись на футляре со скрипкой как на санях.

Я не смог встать сразу. Моя семья бросилась сразу ко мне, чтобы проверить все-ли со мной в порядке, мне в тот момент было все равно ранен я или нет - моя единственная мысль была о скрипке. Я приземлился всем своим весом на футляр, который я купил из-за того что он был удобный и легкий, но не надежный. И тогда когда я открыл его я ужаснулся- вдоль всего инструмента были трещины.

Моя сестра плакала. Хоть я и сидел молча, она понимала, что я чувствовал в этот момент. Я не кричал и не плакал, я просто смотрел. Я был в шоке. Некоторые моменты в жизни почти невозможно понять - нереально. Я был в состоянии неверия.

Я скорее всего сидел так минут 10 или 15.Наконеч я позвонил своему другу скрипичному мастеру и попросил его подъехать к автостоянке  и сказать мне худшее. Он посмотрел на Гваданини и сказал «Самое главное Дэвид, что с тобой все в порядке. Чтобы ни случилось с инструментом все поправимо. Она не будет звучать как раньше, но ты еще молод, и в твоей жизни еще будут другие скрипки.»

Он был прав, но я чувствовал, что потерял  друга. На ремонт ушло 7 месяцев, и стоил он £60,000. К счастью она была застрахована.  В  это время я заимствовал другие скрипки, включая Страдивари, которые я взял по поручительству. Это были прекрасные инструменты, но никогда не было ощущения совершенной  правильности. Зная свое время проведенное с ними , я должен был сохранять чувство отстраненности. Я не мог себе позволить влюбится в них.

Затем , около года назад мне позвонил мой отец. Он говорил с владельцем прекрасной Страдивари, который был заинтересован в ее продаже.   Когда я взял ее, моему разуму  хватило не более трех секунд. Это была любовь с первого взгляда.

Нет никакой измены. Я все еще играю на Гваданини иногда, и всегда буду испытывать к ней большую привязанность. Иногда я даже думаю что она спасла мне жизнь – если бы она не была привязана к моей спине когда я упал, я сомневаюсь что я бы смог тогда дальше идти  ( думаю в смысле после такого падения я врятли бы смог встать и идти без оказания медицинской помощи). Но если бы я не сломал ее, я бы не нашел свою любимую Страдивари. Это реальное дело.  Я купил для нее лучший футляр, что бы ни рисковать. Если я сломаю и эту,  я несомненно буду плакать.

За перевод СПАСИБО Div4ina  и Nastya95

Отредактировано Elina (20.03.2012 13:59)

+3

2

девочки, Лена, Настя, кто будет переводить, вот статья в текстовом виде:

Свернутый текст

Experience: I crushed my £1m violin
'Even as I opened the case, I knew the violin couldn't have survived, but seeing the damage was horrifying'

I started playing the violin when I was four. I became pretty good just from listening to my older brother play, and my parents realised I had talent. With regular tuition from very good teachers, I was playing in concerts by the time I was seven, as a soloist in an orchestra at nine. I got my first management at 10 and was signed to Deutsche Grammophon at 11 – their youngest ever artist.
It was soon after leaving college that I finally bought an instrument of my own. I'd been playing on a loaned Stradivarius for years, but people often approached me saying, "I have this wonderful instrument, do you want to try it?" One day, I was offered a 1772 violin made by Giovanni Guadagnini, an alumnus of Stradivari, which was for sale. I knew immediately it was better than the one I'd been playing, and said, "How much?" there and then.
The Guadagnini cost ¤1.2m: the better part of £1m. I took out a loan and paid it off over many years – the fees from every concert I played went straight into paying for the violin. It soon became an extension of me. To sustain the level of performance that's expected, I spend more time playing my violin each day than I do sleeping. I had to learn about its positive and negative characteristics, and how to work with them. It was almost like being in a relationship.
I made the last payment in December 2007. I felt I'd finally, truly arrived as a violinist – the Guadagnini was mine. My last booking of the season was at the Barbican in London two weeks later, playing a Mendelssohn concerto with the London Philharmonic Orchestra. It was a triumphant end to the year. My brother, sister and parents were in the audience, and afterwards we planned to have dinner together in town before flying to Germany for a family Christmas. I was only needed during the first half of the bill, and in the interval I put the violin in its case, strapped the case on like a backpack and hurried out of the hall to meet them in the car park.
It had been a rainy day and the steps leading to the car park were wetter than I realised. Still wearing my flat-soled concert shoes, I lost my footing and took the entire flight on my back in classic slapstick fashion, riding the violin case like a sledge.

I didn't get up immediately. My family rushed over to check on me, but at that moment I didn't care if I was hurt or not – my only thought was for the violin. I'd landed with all my weight on the case, which I'd bought because it was lightweight and comfortable, rather than robust. Even as I opened it, I  horrifying – the body was cracked all over.
My sister was crying. Although I was sitting silently, she knew how I felt. I didn't shout or cry, I just stared. I was in shock. Some moments in life are almost impossible to grasp – surreal. I was in a state of disbelief.
I must have sat there for 10 or 15 minutes. Finally, I called a violin-expert friend and asked him to come straight over to the car park and tell me the worst. He took one look at the Guadagnini and said, "The most important thing, David, is that you're all right. Whatever happens to any instrument, it is fixable. It may never sound quite as it did, but you're still young, and there will be other violins in your life…"
He was right, but I still felt as if I'd lost a friend. The repairs took seven months and cost £60,000. Thankfully, it was insured. In the meantime, I used borrowed violins, including a Stradivarius that came with its own security team. They were beautiful instruments, but never felt quite right. Knowing my time with them was finite, I had to keep a sense of emotional detachment. I couldn't allow myself to fall in love.
Then, about a year ago, I got a call from my dad. He'd spoken to the owner of a beautiful Stradivarius, who was interested in selling it. When I tried it, I took no more than three seconds to make up my mind. It was love at first sight.
There is no guilt. I still play the Guadagnini sometimes, and I'll always have great affection for it. I sometimes even wonder if it saved my life – had it not been strapped to my back when I fell, I doubt I'd have walked away as I did. But if I hadn't broken it, I might never have found love with the Stradivarius. This is the real deal. I've bought a better case for it, of course, but I won't be taking any risks. If I broke this one, I would undoubtedly cry.
• As told to Chris Broughton
Do you have an experience to share? Email experience@guardian.co.uk
• This article was amended on 18 April 2011. The original said David Garrett made the last payment [on the Guadagnini] in December 2008. This has been corrected.

+1

3

Div4ina, спасибо за текстовый вид http://s8.rimg.info/8ef08e148e7c96f3b2d661491386b894.gif

0

4

СПАСИБО огромное, девочки! Ещё не читала, пока времени нет(((...

0

5

спасибо, Настюша!
...
даже представить боюсь, что он в тот момент испытывал. Правда. Мне кажется, есть очень мало вещей, с чем можно сравнить подобное - и все они касаются здоровья либо жизни самых дорогих людей. Самые дорогие Дэвиду люди - это скрипки, как к этому ни относись. Так что в его случае это как если кто-то близкий заслонил тебя от пули - и погиб. "Это не измена"... Да, жизнь продолжается...

0

6

Elena написал(а):

спасибо, Настюша!
...
даже представить боюсь, что он в тот момент испытывал. Правда. Мне кажется, есть очень мало вещей, с чем можно сравнить подобное - и все они касаются здоровья либо жизни самых дорогих людей. Самые дорогие Дэвиду люди - это скрипки, как к этому ни относись. Так что в его случае это как если кто-то близкий заслонил тебя от пули - и погиб. "Это не измена"... Да, жизнь продолжается...

хих. ну вот так у меня вчера и родился мой первый перевод...конечно со словарём помучалась, где-то интуитивно но хорошо что не совсем блин комом получился http://s9.rimg.info/847805615b45ad98277f9d9667eb8c23.gif 

да,действительно ужасно то что он тогда почувствовал...ооооочень жаль его и скрипку,теперь она эдакий инвалид((( но радость любви с Страдивари хоть частично скрашивает ужас этого проишествия....

Отредактировано Nastya95 (16.03.2012 20:48)

+1

7

Nastya95 написал(а):

да,действительно ужасно то что он тогда почувствовал...ооооочень жаль его и скрипку,теперь она эдакий инвалид((( но радость любви с Страдивари хоть частично скрашивает ужас этого проишествия....

Он так бережно описал это событие, как буд-то это случилось с живым человеком...если он так к скрипке относится, представляю как он будет относиться с своей девушке/жене))) Нет лучше не представлять...а складывается мнение, что я остануть незамужней)))) хотя....

0

8

Настя, не стоит себя недооценивать))) Без вас мы бы перевод еще ждали бы, а так причитали уже)) Бедный Дэвид, это ужасное чувство-потеря-поломка вещи, к которой эмоционально привязан... А отношение между музыкантом и инструментом-это вообще святое... Комок в горле как читала....

0

9

ех. девочки, действительно грустно это было читать. а мне точнее переводить. с каждим предложением все больше и больше поглощалась в боль Дэвида  и это как-то само собой шло- не намерено....((((

0

10

мда....в этом плане нам, пианистам, легче))..так просто инструмент не сломаешь...

0

11

Elina, а если топором?

0

12

Но-но))) Не надо инструмент ломать)))))))))) И проверять тоже)))

0

13

Не надо топором, я ж его люблю))...

0

14

Какая печальная и трогательная история....Про :"Это была любовь с первого взгляда.",про начало отношений с Гваданини, про :"...Я был в шоке, я чувствовал, что потерял  друга"
Какие же с Девидом по жизни невероятные потрясения  происходят,как радостные  так и не очень....

+3


Вы здесь » DAVID GARRETT RUSSIAN FORUM » Пресса » 16.04.2011 Я раздавил свою скрипку за миллион