Свежий взгляд

http://www.david-garrett-fans.com/engli … thjuly2007

на английском

Fresh appeal

GERMAN-born David Garrett could well be classified as a crossover but that does not mean he has crossed over, so to speak.

By his own admission he is still more of a classical violinist than one of the new breed of crossover artistes so one can think of him as a throwback to the days of someone like Britain’s maverick violinist, Nigel Kennedy.

For someone who has had a pretty privileged musical upbringing, having been taught by his father for much of his formative years, he’s also one of the more down-to-earth and independent violinists. 

“Oh absolutely. Ninety per cent of my repertoire is core classical,” Garrett enthused. 

He’s recorded many albums too, especially since he signed exclusively to the Deautsch-Gramaphon label at the age of 13. 

But there are reasons for the recent release of Free, Garrett’s first “crossover” album, and bridging the generation gap is what he is aiming for.

“I really want young people to be able to listen to a classical or even semi-classical music album,” said the 25-year-old who is of German-American parentage during a recent interview in Singapore.

“These days it is very difficult to attract young people’s attention with classical music. It’s supposed to build a bridge. Of course, the material is supposed to be accessible to them. That’s the whole idea.”

Not that Garrett did not have any support in his career. 

“I’m actually quite lucky, normally there are young people at my concerts, even though most of the audience tend to be older.”

Whether classical or avant-garde, Garrett does not have a specific preference in his repertoire. 

”I try to make the piece I perform my favourite. I do get into the whole composition. Seriously, every time I perform a piece, at that moment, it is my all-time favourite.”

His future plans are pretty much parked on Free for the time being.

“There’s going to be a lot of promotions for this one – Hong Kong, South Korea, Japan, Italy, Britain, Germany, the United States. I don’t think that before the States next February, there is going to be any plans to record something new.

“If I have the time, when I get back to New York, I’d like to do more chamber music,” he added. Garrett has been living there for the past seven years. 

“The next thing I’m planning to do is a little bit more of the contemporary stuff. That’s still a direction I have not done too much when it comes to core classical stuff – avant garde and Shostakovitch’s violin concerto.”

With that much on his plate how does he keep fresh?

“You always have to practise and keep yourself in shape to do these things, about three to four hours’ practice per day.

“It’s more like keeping in shape. It was easier when you worked as a kid; a lot of things are natural, they just stick, you don’t have to get better. Technically, there’s a physical limit to what you can do and once you reach that you just kind of sustain the momentum and the flexibility.”

His next project is a work by German composer Felix Mendelssohn. “You always have to be respectful to the composer, you have to go back to the score and start from scratch. It’s going to take me a week or two to get it the way I want it to be.”

Then there’s his violin, a 1718 Stradivarius classic. 

“I got it when I was 12 years old, just before I signed with Deutsche Grammaphon, so all the recordings I’ve ever done were on this violin. I thought it was hard to play (at first), it was more difficult than the violin I originally had. It took me quite a few months to get used to it, kind of a stubborn violin to break in.”

Playing a full-sized violin wasn’t an issue for him then. 

“I was quite tall at 12, I was big enough to play it. I even had my first normal-sized violin when I was nine so that makes sense.”


Немец Дэвид Гарретт легко мог бы называться кроссоверным артистом, но это не значит, что он перешел черту, так сказать. По его собственному признанию, он до сих пор остается больше классическим скрипачом, а не новой порослью кроссоверных артистов, как кто-то мог бы о нем подумать, вспомнив о британском оригинальном скрипаче Найджеле Кеннеди. Несмотря на привилегированное музыкальное образование, данное ему отцом на протяжении многих лет его становления, он остается одним из самых приземленных и независимых скрипачей.

«Да, конечно. 90% моего репертуара – исключительно классические произведения», с энтузиазмом говорит Гарретт.

Он записал много альбомов с тех пор, как подписал эксклюзивный договор с Deutsche Grammophon в 13 лет. Но существуют свои причины для того, чтобы первый кроссоверный альбом Гарретта вышел в свет и сократил дистанцию между поколениями – именно эту цель он и преследовал.

«Я действительно хочу, чтобы молодые люди могли слушать классические или даже полу-классические альбомы», говорит 25-летний музыкант в недавнем интервью в Сингапуре. «[iВ наши дни сложно привлечь их внимание к классической музыке. Этот альбом поможет построить мост. Конечно, материал должен быть подходящим для них. В этом состоит вся идея[/i]».

Нельзя сказать, что Гарретт не получал поддержки в ходе своей карьеры.

«На самом деле мне повезло, на моих концертах есть молодые люди, хотя большинство все еще более старшего возраста».

Классика или авангард – у Гарретта нет особых предпочтений в репертуаре.

«Я стараюсь сделать вещь, которую исполняю, своей любимой. Я проникаюсь всей композицией. Серьезно, каждый раз, когда я исполняю что-то, это становится моей самой любимой вещью».

Его планы на будущее тесно связаны с Free.

«Планируется большой промо-тур альбома в Гонконге, Южной Корее, Японии, Италии, Великобритании, Германии, США. Не думаю, что до тура в США у меня появятся планы записывать что-то новое. Если у меня будет время, то по возвращении в США я хотел бы заняться больше камерной музыкой». Гарретт живет там последние 7 лет. «Следующее, чем планирую заняться – обратить больше внимания на современную музыку. Это то направление в классической музыке, в котором я не очень много сделал – авангард и скрипичный концерт Шостаковича». (видно, не лег на душу авангард с Шостаковичем - прим. пер.)

Что помогает ему оставаться в хорошей форме?

«Ты всегда должен практиковаться и держать себя в форме, чтобы заниматься этим. Обычно я практикуюсь 3-4 часа в день. Это необходимо для того, чтобы поддерживать форму. Все было проще, когда я был ребенком. Вещи происходили сами по себе. Техника была наработана, и не надо было становиться лучше. Технически, существует определенный физический предел того, что ты можешь делать. И достигнув его однажды, тебе нужно только поддерживать эти наработки и беглость».

Его следующий проект – сочинение немецкого композитора Феликса Мендельсона.

«Всегда нужно с уважением относиться к композитору, четко следовать партитуре и каждый раз начинать сначала. Мне понадобится одна-две недели, чтобы довести его до необходимого мне уровня».

Он играет на классической скрипке Страдивари 1718 года.

«Я получил ее, когда мне было 12 лет, незадолго до того, как подписал контракт с Deutsche Grammophon. Поэтому все мои записи были сделаны на этой скрипке. Сначала я думал, что мне будет тяжело на ней играть, она была более сложной скрипкой по сравнению с той, которая у меня была. Мне понадобилось несколько месяцев, чтобы привыкнуть к ней. Упрямая скрипка оказалась». 

Но игра на целой скрипке не стало для него чем-то новым.

«В 12 лет я уже был достаточно высоким. Я был уже большим и мог на ней играть. Свою первую целую скрипку я взял в руки в 9 лет, поэтому было логично продолжать на такой же (по размеру)».